![]() |
|
![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() ![]() |
|
![]() |
![]() |
![]() |
|
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
![]() |
аз в 12 лет на месте современного театра "the Globe" вновь появляется когда-то сгоревший театр Уильяма Шекспира. Наступает ночь, когда персонажи пьес драматурга получают возможность собраться в его честь в этих стенах.
Растворяются тяжелые двери, зажигаются свечи, прибывающие гости приветствуют друг друга, театр наполняют голоса и смех. То там, то здесь вспыхивают искры шутовских острот, или же сияют, словно звезды, взгляды безумных влюбленных. А некоторые из самых прозорливых и коварных злодеев все же оставляют на время веселья свои козни. Воздух наполнен радостью.
Но у всеобщего веселья есть странная приправа.
И казалось бы... вот Бенедикт и Беатриче, рука об руку, воплощение гармонии и согласья (хоть он и по-прежнему утверждает, что женился на ней из сострадания, а она вышла за него из жалости).
Вот счастливые Бассанио и Порция. Но взгляд, которым проводил их принц Марроканский, полон горечи поражения и бесславья: ведь был неверно выбран им ларец...
Вот Отелло: его чело мрачнее тучи, и словно ищет он, кого бы задушить... Право, как-то он переменился за последний срок - а ведь раньше был милейшей души человек...
Лишь шепотом, чуть слышно, иногда проносятся странные слухи об этом вечере. Проносятся, словно редкие сполохи, и тут же гаснут: "Не кощунство ли?.."
Ведь поговаривают, будто есть способ переписать заветный текст роли, обмануть Судьбу.
И будто бы это возможно лишь ночью во время бала, и лишь для одной-единственной пьесы. Но мало кто загодя укажет ее название.
А еще говорят, что счастливый билет можно вытянуть не только для себя, но и для друга, чья Судьба не связана с твоею авторским росчерком пера. ***
|